"Здесь женщины поддерживают сексизм больше, чем мужчины!". Иностранки о жизни в России

Многие иностранки считают наши "не сиди на холодном" и "прикрой поясницу" предубеждениями, несмотря на убедительные агрументы наших  babushkas а ля "тебе еще детей рожать!". И да, действительно, жизнь женщины в России отличается от жизни женщин в других странах.  В туристических поездках этого не заметишь, но при длительном проживании разница культур и отдельно взятых аспектов жизни очень явна. Три девушки: из Германии, Франции и США, прожившие в России некоторое время, поделились своими историями и мнениями о том, какого это - быть женщиной в России.
Регина фон Флемминг
Германия, провела в России год в 1989–1990 гг., в конце 1996 года вернулась, до сих пор живёт в Москве, независимый член совета директоров отдного из крупных операторов связи.

Россия в 1989-м была для меня шансом в карьере, плюс психологическая дистанция с домом и родителями. Для западной немки оказаться в восточном мире значило, что вот, расстояние, и папа с мамой сразу далеко-далеко. Они были в шоке, конечно, когда я сказала, что еду в Советский Союз, и спрашивали: «Но почему не во Францию или в Америку?»

Я не знаю почему, но стоило мне где-то в России сказать, что я немка, ко мне сразу начинали относиться с таким уважением: «Да-а?!» «Мерседес», «БМВ», тут все верят, что «Made in Germany» — это дисциплина, культура. И никогда ни в одной ситуации я не слышала никакой критики относительно фашизма. И после немецкой агрессии против Советского Союза это было для меня сюрпризом. Во Франции и Англии по-другому, такая интересная разница, в России мне говорили: «Ну, у вас такая культура — Гёте, Гейне». А я им: «Ну, фашисты тоже читали и Гёте, и Гейне, но у нас же концлагеря были». Но тут такое разделение — что есть хорошие немцы, а есть фашисты, и я никогда не получала претензий.

Я, конечно, была очень политически активной ещё в 1985-м — жёстко и много работала на социал-демократов, на движение левых. У моей мамы нас было четверо (один брат и три сестры), она считала: сначала образование, а потом брак. И говорила нам: «Не надо верить в то, что муж у тебя будет до конца жизни». Мама очень сильно на нас влияла в этом плане. Кстати, главная книга моей жизни — это «Русская красавица» Виктора Ерофеева, я её читала по-немецки, главная героиня тоже феминистка, ведь она, в конце концов, сама решает, как она будет жить.



В России я часто работала с женскими коллективами — это было очень просто. Я люблю работать с женщинами, у которых уже есть ребёнок: они суперорганизованные и рады вернуться на работу после декрета. И это сила в России: они гораздо больше интегрировались в экономические процессы. Я замечала, что многие олигархи работают с сильными женщинами — финансовыми директорами, управляющими.

В России, конечно, очень сильна old boys network (мужская «мафия», связи, основанные на прежней дружбе и знакомствах, устройство на работу однокашников и т. п. — Прим. автора), так что женщине будет сложно в металлургическом, нефтяном, газовом бизнесе, лучше выбирать финансовый сектор, страхование, автомобили. И в Германии такая ситуация. Женщина может подняться на самый верх только без детей. Потому что у нас очень сложно найти детский сад, семейная поддержка больше не работает, все переехали из своих городов и деревень в столицы, найти няню тоже сложно (если делать это официально), а ещё, если ты полностью посвящаешь себя карьере и у тебя при этом есть ребёнок, значит, ты плохая мама. И наоборот, если нет детей, но ты делаешь карьеру, все скажут «молодец». Это социальное давление есть и сегодня.


 Это большой плюс. А у нас исторически, после войны, в 1945-м было — муж или погиб, или в плену. Потом мужья вернулись домой, а женщины в 50-е годы вернулись обратно на кухню, к детям и семейной жизни. Мужчины очень аккуратно отодвинули женщин на второй план. В России, мне кажется, все меняется, и я жду, когда же будет больше женщин в политике.

То, что я женщина, сказывалось на работе. Есть будешь жёстко говорить, скажут: «Ты истеричка». Если будешь слабо говорить, скажут: «Она тётка». Если ты скажешь: «Пожалуйста, я могу закончить мою фразу?» (это очень мужской оборот), — тут же скажут: «Она доминантная». Я работаю в России, и мужчина, который сидит там далеко, в спокойствии, в Германии, не сможет сказать: «Россия — это легко». Человек же на фронте! Они не смогут сказать: «Она не умеет», — понимаешь? Многие женские карьеры начались на экзотике, через самые сложные задачи, или страны, или в компаниях на грани банкротства, это возможность, пустая ниша.

И, конечно, отдельный разговор — это личная жизнь. Стиль 90-х в России — вечеринки, бани, а я категорически не люблю баню, не хожу туда ни одна, ни с мужчинами. Во время работы в «Аксель Шпрингер» был велик риск оказаться в потенциально компроматной ситуации. Я еще шестнадцать лет назад решила, что на каждый официальный вечер буду приходить одна. И что личная жизнь — это супертабу. Многим здесь кричат в спину: "Какая шлюха".


Просто говорят: «Да, это надо сделать, неприятно, но надо». «Всё будет нормально» — не самая любимая моя фраза, но в этом случае это работает. Женщины говорят: «Так, всё будет нормально», — идут и делают.

Было бы здорово, если бы в России было меньше давления общества на женщину, в том плане, что ей обязательно нужен ребёнок. И было бы очень полезно, если бы в России чаще обращались к психологам, чтобы лучше понимать себя и получать ответ на вопрос, почему я так живу и откуда у меня эти психологические травмы.


Мириам Элдер
США, провела в России в общей сложности восемь лет, с 2002 по 2003 и с 2006 по 2013 год, сейчас вернулась в Нью-Йорк, работает world editor в BuzzFeed

Я приехала в Россию работать журналисткой. В колледже я писала диссертацию «Российские женщины на работе в постсоветское время». То есть меня интересовали женщины в России и то, чем отличается местный феминизм от феминизма на Западе. Я была очень молода и очень наивна и не думала, что мой гендер влияет на что-то на самом деле. Я была из либеральной нью-йоркской среды, ходила в очень либеральный женский колледж и думала, что могу добиться всего, что пожелаю. В России я увидела все эти рекламные объявления о приглашении работу секретарей, где были пожелания по возрасту, росту, объёму бёдер и груди, и чтобы была blondinka. И была шокирована: это что вообще такое, как это может быть?!


Для меня это никогда не было приоритетом, в России я работала 24 часа в сутки. Моей жизнью не были мужчины или дети, это не то, о чём я и сейчас специально думаю. Тот факт, что каждый день по несколько раз, я слышала этот вопрос, было и любопытным, и обескураживающим. Бытовой сексизм выматывает.

Есть ещё одна вещь, которую я осознала только теперь, на расстоянии: в сообществе иностранных журналистов, работающих в России, есть определённый стереотип в отношении российских женщин. Со стороны западных мужчин очень много сексизма. И я вижу сейчас, что шла на компромиссы с самой собой. То есть перенимала манеры этого мачо-стиля и смотрела как бы свысока на русских женщин. Ну, на некоторых русских женщин. Они были такие, devushki. И я посмеивалась над ними, вместо того чтобы принять — вела себя как мои коллеги-мужчины.

Например, в первый приезд в Россию мне было 23 года, я была совсем-совсем молодая, совсем ребёнок. Я пошла на пресс-конференцию, говорила с разными чиновниками и поняла, что ко мне обращаются на «ты»: «Nu, devushka, nu zachem takoy vopros?» Для меня, как для американки, это звучало дико. Какая я здесь девушка, я журналистка!

Есть ли равноправие в России? Ты можешь получить любую работу, но какие деньги ты за неё получишь? Будет ли она престижной? Может ли женщина вырасти до главного руководителя? Как много женщин-олигархов в России? Но главная проблема — это всё-таки социальное поведение. От домашнего насилия, которое распространено, до той роли в целом, которую здесь играет женщина, она поставлена в очень строгие рамки. Впрочем, и в Америке каждый день скандалы, связанные с насилием, например изнасилования в студенческих кампусах. Это институциональная проблема, и нельзя сказать, что её не существует в Соединённых Штатах. Это то, с чем сталкиваются женщины по всему миру, но всё-таки вопрос ещё и в том, как конкретная страна решает такие проблемы и как их обсуждают люди.

.

Мне нравится быть женщиной, я считаю, что это классно. Несколько странным образом то, что я женщина, помогало моей карьере в России. Тот самый парень, который говорил мне «nu, devuska», вместо того чтобы обращаться со мной как с журналисткой, недооценивал меня, видел просто невысокую молоденькую женщину, болтал, болтал, болтал и дал мне эксклюзив. Когда тебя недооценивают, это можно обернуть в свою пользу, если ты понимаешь, что происходит. Впрочем, в Вашингтоне сейчас то же самое. Молодые корреспондентки почти каждый день рассказывают похожие истории из серии «60-летний сенатор не понимал, с кем он говорит, и проболтался».


Инес Шулик
Франция, провела в России месяц в 2012-м (Тюмень) и 2013–2014 гг. (Санкт-Петербург) на университетских стажировках, сейчас живёт в Страсбурге, ищет работу в России

Первый раз я приехала в Россию пять лет назад, я провела месяц в Тюмени — это была такая летняя школа. Мне очень понравилось. В моём Sciences Po (Институт политических исследований) в Страсбурге обязательно третий год учиться за границей, поэтому я решила поехать в Россию, год училась на факультете международных отношений и на филфаке в Санкт-Петербургском госуниверситете, там я тоже работала и, конечно, много путешествовала по России. Мне очень нравилось, потому что в России всё возможно. Всё плохое и всё хорошее, одновременно. У меня было такое чувство, как будто я почти дома. Люди здесь, конечно, иногда немножко crazy, но я не думала, что так будет: моя мама француженка, папа немец, а я чувствую себя немного русской. В местных есть что-то романтическое и меланхоличное одновременно.


У меня, конечно, было много друзей в России. И когда я придерживала дверь для мужчины, все удивлялись: «Почему ты так делаешь? Ты же женщина!» А для меня это нормально. Или, например, в московском метро мужчина уступает место женщине — во Франции такого вообще не существует. Когда я сделала то же для мужчины, все смотрели на меня, как будто со мной что-то не так. А это было просто вежливостью!

Когда я работала в компании в Питере, однажды пришёл мой босс и сказал, что я очень красивая. Это было так странно: я преподаватель, мне нельзя говорить, что я красивая, это не ваше дело, понимаете? Комплименты, конечно, возможны, но если передо мной босс, а я не модель — это звучит очень странно.

У нас очень много открытых отношений, типа sexfriends, в России их почти совсем не существует. Во Франции свидание обычно означает пойти куда-то вместе выпить. А для вас — «давай гулять вместе по городу». Ну, ладно, здорово, но он пришёл с розой! И я совсем не понимаю, что это? Это как предложение руки и сердца! Окей, я согласилась погулять, но зачем ты пришёл с розой?


Я этого совсем не понимаю. Недавно у меня был разговор с подругой, она из Питера, но живёт в Москве — она сказала мне, что хотела бы быть более слабой. Она объяснила, что, если будет более слабой, станет более привлекательной для мужчин. Конечно, я так не считаю! Хотя во Франции тоже побаиваются сильных женщин.

У меня ощущение, что при Советском Союзе женщинам приходилось быть сильными, а потом они снова захотели стать «женственными» и поэтому оставили идею равноправия. Есть ещё статистика о доле женщин в правительстве, и в России очень низкие цифры. Во Франции тоже, но в России совсем низкие показатели по количеству женщин, занимающих руководящие должности.

Во Франции сейчас почти каждый день выходят статьи о феминизме. Примерно три года назад, когда я говорила, что я феминистка, все крутили пальцем у виска. А сейчас почти все женщины моего возраста (мне 24), скажут: «Конечно, я тоже феминистка». Да и мужчины так скажут. Так что ситуация намного лучше, чем пять лет назад.

Иногда женщиной быть сложно, конечно. Это нечестно, что нельзя просто гулять по городу в час ночи, потому что это опасно для нас. Конечно, у нас бывают месячные, и женщинам проще, чем мужчинам подхватить венерическое заболевание, это меня тоже очень раздражает.

Во Франции есть street harassment, когда мужчины кричат тебе вслед всякие вещи на улице — что ты «очень красивая» или что «ты сука». В России я вообще с этим не сталкивалась, а во Франции — часто, почти каждый день. Мы этот сексизм видим, и мы его не любим. А в России, у меня такое ощущение, сексизм такой хитрый и удобный. И для женщины, и для мужчины. Мужчина любит быть сильным, а женщина любит получать подарки и говорить: «Здорово, мой мужчина решает все мои проблемы, как удобно». И всё-таки у мужчин в России больше возможностей в жизни. Получить хорошую работу, просто больше шансов хорошо жить.

Автор поста: ru_open 17:58 10.03.2017

0 комментариев
Войдите, чтобы оставить комментарий. Простая в два клика.
Пока никто не оставил комментариев к этой статье. Вы можете стать первым!
OMEGA Technologies
OMEGA Technologies - Высокоинтеллектуальные интернет-системы управления бизнесом
OMEGA Technologies - Высокоинтеллектуальные интернет-системы управления бизнесом
ПАРТНЕР MEDIA REPOST
Мнения сообщества
Граждане
Не дают им покоя лавры Победы. Танки их- гробы на колёсах.
Граждане
Бляха-муха, когда же успокоятся те, кто загнал полковника за решётку. Такого патриота России ещё поискать нужно...ещё
Основатели
немцы зато довольно не плохо катались на британских танках. трофейных.
Основатели
комнатку для фото могли бы выбрать и побольше =)))))
Основатели
Намек на то, что потрошенко был не в курсе, что будет делать его же летчик ВСУ? сомнительно. На эхе мацы в попытке обелить хунту и не такого наговорят.ещё
Граждане
меня тоже иногда спрашивают - Геннадьевич или Геннадиевич) буквоедство это именно вот это)) но я более чем уверен, что после выхода закона изобретут справку, которую нужно будет предъявлять в каждом конкретном случае)))ещё
Граждане
Однозначно, если люди во власти не будет вмешиваться в экономику, она рухнет. Самим бизнесменам на экономику наплевать. Если будут вмешиваться глупые люди во власти она рухнет еще быстрее. По диверсификации, что сам вижу. Как везли лес-кругляк за границу, так и везут. Не видел нигде новых лесопосадок.ещё
Граждане
. Сейчас в магазинах китайские и турецкие картошка, овощи, фрукты. Где автор увидел чистую продукцию? Разговаривал с местными фермерами, продать продукцию проблема. Школы, детсады, больницы обязаны закупать по конкурсу самое дешевое, получается импортное.ещё
Граждане
Не стоит минусовать, это просто информация о заказухе одного из немцев. Ему от минусов ни холодно, ни жарко.
Граждане
Такие новости если давать то только после суда. Они сделали это, они получили столько. Так будет с каждым. Иначе такие публикации пиарят этих подонков, вызывая у других желание повторить.ещё
Последние комментарии