Глава 5

История о сталкерше Зайке продолжается. Представляю вашему вниманию очередную историю на эту тему. Не судите строго. Для тех, кто не в курсе, ссылка на предыдущие части.

Глава 5

Хаски подошел к сидящим у костра женщинам и поставил на землю рюкзак.

— Вот то, что вы просили.

— Спасибо. Что-то еще?

— Командир просил передать, чтобы вы еще раз подумали над предложением перебраться к нам. Здесь вы постоянно на виду. Это может быть небезопасно для вас самих. Или вы не доверяете нам?

— Мы доверяем только себе.

— Дора, — вмешалась в разговор женщина с шевроном, — юноша всего лишь озвучивает то, что ему приказали передать.

— Она права, — поддержала разговор молчавшая ранее Альфа. — Передай командиру нашу благодарность. Мы останемся здесь.

— С вашего позволения, сестры, я хочу размять ноги. Хаски, сопроводи меня.

С этими словами брюнетка поднялась со своего места и, поманив за собой парня, зашагала в сторону нагромождения ящиков и пары брошенных машин. Альфа и Дора скептически посмотрели им вслед как бы говоря: «Ну что с этих анархистов взять? И тут ей романтические прогулки подавай».

Отойдя от костра на пару сотен метров, она свернула в сторону леса и остановилась только на его окраине.

— От тебя веет страхом. Ты боишься нас? Или ты боишься того, что здесь происходит?

Хаски не ответил. Она подошла к нему вплотную, сняла с его головы капюшон и противогаз и посмотрела в лицо. У него был довольно редкий цвет глаз — цвет выгоревшего летнего неба, и жесткие светлые волосы. На Большой земле он наверняка нравился девушкам. Не сказать, что совсем молодой, лет двадцать-двадцать пять, но глаза полны покорности и страха, как у обреченного на скорую смерть. Они специально прислали к ним именно его. Знали, что сестрам ничего не стоит убить даже из прихоти, вот и отправили, по их мнению, самого слабого и ненужного.

— Послушай меня, ты ведь чувствуешь себя здесь неуютно? Верно? Давно ты здесь?

— Я здесь столько, сколько угодно Монолиту. Я призван защищать его…

— Ну это мы уже слышали. Тебе не нравится здесь?

— … Я должен служить ему, дабы Монолит озарил меня своим сиянием и приблизил к себе дав знание и свет…

— Заткнись! — Она влепила ему пощечину. — Говори как есть.

— Меня как будто бы не должно здесь быть… Я не помню, что было до…

— Желаешь стать прежним?

— Это невозможно.

— Мне лучше знать. Выполнишь для меня кое-что, помогу тебе вернуть прежнего себя. Тебе ведь этого не хватает?

— Да.

— Ты боишься трудностей?

— Нет.

— Сможешь отправиться для меня кое-куда и отыскать одного человека?

— Мне нужно убить его?

— Нет. Тебе нужно передать ему кое-что. И, если он попросит, привести его сюда.

— Я попытаюсь сделать это для тебя.

— Хорошо. Тогда держи артефакты: этот от радиации, этот для выносливости, а этот от пси-излучения — самый редкий. Пойдешь через лес и дальше свернешь на Милитари. Будь очень осторожен — в ваших братьев там стреляют без предупреждения. Разыщешь вот этого человека, — она протянула ему рисунок, сделанный углем, — его зовут Индеец. Он может быть у Барьера, или на базе «Свободы», но на базу даже не суйся — погибнешь. Подойдешь к нему, когда он будет один, и передашь вот это. Если все сделаешь, как тебе говорят, он поможет тебе стать прежним.

— Но ведь меня будут искать.

— Дай мне свой браслет.

Монолитовец снял браслет с маячком и передал его женщине.

— Был Хаски, и нет Хаски, — сказала она и швырнула браслет в кислотную лужу, где он с шипением растворился. — Я буду ждать вас на этом самом месте через трое суток, на закате. Если не появитесь, буду приходить сюда каждый вечер. Надеюсь, у тебя все получится…

Индеец подтянул лямки рюкзака, отослал патрон в патронник и решительно шагнул на дорогу. «Черт знает, что такое!» — думал он, топая по сырой, покрытой лужами дороге в направлении блокпоста. Два года жил и не тужил, а тут на тебе — опять сюда потянуло. После трагической гибели Санчо и своего чудесного, других слов тут не подобрать, спасения, он решил завязать с Зоной. Быстро подлечился, нашел себе замену и вернулся домой. Вот чего ему не хватало? Вечером домой с работы приходишь, садишься на диван и, как в той сказке, хочешь — пирожное, хочешь — мороженое. Причем, чтобы получить желаемое, достаточно открыть холодильник, или пройтись до ближайшего магазина, а не топать через радиоактивные пустоши рискуя попасть на обед к очередному порождению Зоны, или вляпаться в какую-нибудь аномалию. А потом начало зудеть. Он сам никогда до конца не верил в синдром так называемого «зова», и никогда его не испытывал. А тут, как свободная минутка, неймется, кусок в горло не лезет, хочется туда, снится проклятая, хоть в петлю лезь. Вот и не выдержал — пришел опять. На Янове тоже не стало легче. В итоге он шатался до тех пор, пока не вышел к Милитари — только здесь отпустило. В «Свободу» его брать не хотели — он уже бросал их вскоре после прекращения противостояния группировок. Но, оценив его опыт и былые заслуги, приняли.

Индеец дежурил ночью у Барьера, когда в десяти метрах от него зашуршали сухие листья и на поляну вышла высокая женщина с черными, как вороново крыло волосами. Он не поверил своим глазам и даже на несколько секунд зажмурился чтобы отогнать наваждение. Индеец узнал Ворону сразу, несмотря на царивший полумрак. Тем, кто знал ее раньше, забыть ее было сложно. У него в свое время почти получилось…

…Когда он пришел в «Свободу», она уже была там известной особой. Ее не трогали тогда еще многочисленные мутанты, она умела замечать аномалии раньше, чем срабатывал детектор. При этом Ворона не любила убивать. Для нее любая жизнь имела ценность, даже жизнь насекомого или цветка. Странная она была, даже немного чокнутая. Но при этом какая-то притягательная. Мужчины не пропускали ее незамеченной. Потом она близко сошлась с парнем по имени Сид, таким же новичком, как и Индеец в то время. Ворона и Сид проводили все время вместе, они не скрывали своих отношений. А потом в один прекрасный день оба не вернулись. Обгоревший труп Сида вскоре нашли. Но никаких следов Вороны так и не было обнаружено. Одни говорили, что она сгорела дотла. Другие — что ее утащили столь оберегаемые ею твари — она всегда предпочитала обходить их не трогая. Третьи — что они с Сидом что-то не поделили, и она убила его и сбежала. Так или иначе, о Вороне с тех пор не было ни слуху, ни духу. Время шло. Люди менялись — кто-то погибал, кто-то уходил. Ворону забыли…

И вот, как гром среди ясного неба, она появилась. Да не перед кем-нибудь, а именно перед ним. Индеец и сам не знал, как это трактовать. Может к удаче, а может к смерти.

Продолжение следует…

Читайте также:
Автор: Angry Owl
0 комментариев
Войдите, чтобы оставить комментарий. Простая в два клика.
Пока никто не оставил комментариев к этой статье. Вы можете стать первым!