Часть 8. В гостях у наемников

Предлагаю Вашему вниманию очередную историю-фанфик по известной игровой вселенной.
Является продолжением прошлогоднего "Диссонанса".
Не судите строго

Предупреждение! Как порой бывает в моих фанфиках, для создание колорита, используется нецензурная лексика, сцены жестокости, курения и употребления алкоголя. Впечатлительным, моралистам и несовершеннолетним читать не рекомендуется.

Часть 8. В гостях у наемников

Под чутким присмотром Херувима Панда твердо встала на ноги уже через два дня. О недавнем серьезном ранении напоминала только повязка на шее, из-под которой выглядывали синяки и следы от щупалец. С разрешения Макса она выбиралась из лазарета и проводила время в комнате отдыха, отдраила до блеска почерневшие от чая кружки, один раз даже попыталась приготовить какую-то похлебку, но на всех не хватило.

Макс попросил больше так не делать, мотивируя это тем, что у него тут не санаторий, нечего баловать, еще, чего доброго, штатного повара попросят завести, а это дополнительные расходы и еще одна проблема на его бедную головушку.

Оборотень целыми днями валялся в лазарете, либо читая, что под руку попадется, либо беседуя с Чикатиллычем. Старшему наемнику было интересно все: его ощущения во время и после того как попал под контроль, как тренируют фанатиков, чем кормят, какие препараты дают, какова у них организация и иерархия, и прочее, прочее, прочее.

По началу Оборотень раздражался и куксился, говорил, что мало что помнит, а что помнит, то рассказывать не хочет, потому, что это для него тяжело, и вообще, лучше бы со временем вообще ничего из пережитого не вспомнилось. Чикатиллыч был с ним терпелив, как с маленьким ребенком: успокаивал, шутил, травил какие-то байки, и постепенно смог добиться его расположения.

На третий день Оборотень уже не хмурился при его появлении, и не пытался притворяться спящим, чтобы избежать расспросов. На четвертый он уже поджидал Чикатиллыча желая поделится с ним внезапно всплывшей в памяти вещью, про которую тот накануне спрашивал, а он так и не смог ответить.

Он, конечно же, прекрасно понимал, что расспрашивают его отнюдь не из праздного любопытства. Наемники довольно часто шастают в Припять, и вовсе не убийства на заказ совершать. В одной только заброшенной секретной лаборатории под КБО «Юбилейный» еще можно найти столько полезностей, что поток желающих рискнуть жизнью ради наживы не иссякнет долго. Оборотень помнил это место по одному из своих кошмарных снов, где они с «братьями» гоняли по коридорам трех сталкеров, пока не нашпиговали их пулями. Их головами потом украсили клумбу у входа, а тела скормили мутантам.

С Пандой он никогда не делился подобными подробностями из своего прошлого. А сама она не спрашивала, чему он был несказанно рад. Наемник пытался расспрашивать и про такое. Но, когда речь зашла про способы убийства «неверных», он сменил тему, говоря, что об этом не помнит ничего.

А еще Оборотень почувствовал себя зверушкой в зоопарке. Наемники, особенно молодые, узнав, что в лазарете лежит самый настоящий «монолитовец», искали способы взглянуть на него, а лучше перекинуться парой слов, дабы убедиться, действительно ли фанатики выглядят и говорят как биороботы. Их беседы с Чикатиллычем не раз прерывались появлением какой-нибудь личности в синем комбезе и балаклаве, которая желала узнать, не видели ли они их товарища, попросить у дока таблетку «от головы», или проронив «ой, я ошибся» тут же ретироваться.

Особенно забавно визит «к доку» выглядел на третий день. Херувим вместе с Фростом и еще кем-то из команды с утра ушли на задание. Ближе к вечеру в лазарет заглянула очередная личность. Визитер держался за поясницу и подволакивал одну ногу, пояснив, что неудачно упал на тренировке, которую в это время проводил Макс. Хищник, разумеется, знал, что врача на месте нет, но все равно отправил его сюда, зная, что там присутствует Чикатиллыч, который тоже кое-что умеет. Чик спрятал в карман КПК и легко встал со стула.

— Упал?

— Упал.

— На задницу?

— Ага.

— Раздевайся… А теперь наклонись.

Чик отвесил ему пинка, от которого парень мгновенно «исцелился» и припустил по коридору кабанчиком, на ходу застегивая комбинезон.

— Иди работай, симулянт! Тяжело в учении, легко в лечении!

Оборотню он пояснил, что Хищник, хоть и гоняет своих подчиненных как шелудивых котов, травмоопасных ситуаций обычно не допускает. Можно, конечно, удариться, или что-то подвернуть, но сейчас был не тот случай.

— Макс, хоть и силен как бык, никогда не станет просто так швырять об землю или намеренно ломать кости. Может, конечно, больно приложить, но только в том случае, когда обучаемый по-хорошему несколько раз не понял. А вот Бадя решил откосить. Думал, он здесь самый умный. Макс его как хрупкую нимфу на травку уложил, а тот давай хныкать, что, мол, нога отнимается.

— А ты откуда знаешь, что все так и было? — Оборотень валялся на диванчике, скромно сложив сплетенные в замок лапищи на груди, будто на приеме у психотерапевта. Загипсованную ногу он пристроил на диванной спинке.

— Во-первых, я очень хорошо знаю Макса, во-вторых, когда Бадя снимал комбез, он двигался легко. Было бы что-то не в порядке, я бы заметил. Ну, а в-третьих, — Чик улыбнулся и показал ему открытое сообщение с одним лишь словом: «симулянт».

Сидевшая за письменным столом Панда оторвалась от рисования в блокноте черепа собаки, украшавшего рабочее место дока. У Херувима было своеобразное чувство прекрасного: на столешнице были в ряд выставлены тщательно вычищенные черепа человека (или снорка), псевдопса, тушкана и крысы. Как гипсовые слоники в квартире у каких-нибудь пенсионеров. На стене черным маркером было размашисто написано высказывание на латыни: «Aegróto, dum ánima est, spés esse dícitur».

У не знавших латынь, к которым относилась и Панда, эта композиция вызывала оторопь. Не хватало только пентаграммы и пары-тройки черных свечей, чтобы окончательно поверить, что этот человек не лечит людей, а проводит здесь какие-нибудь сатанинские ритуалы.

— Эгрото, дум анима эст… Чикатиллыч, а как это переводится?

— Эти слова принадлежат древнеримскому философу Цицерону. «Пока больной дышит, есть надежда его спасти». Или, дословно, «пока у больного есть дыхание, говорят, есть надежда».

Утомленный болтовней Оборотень задремал. С улицы доносились громовые раскаты, звуки ливня и свист ветра. Группа, в составе которой ушел Херувим, не возвращалась уже вторые сутки. Чикатиллыч невозмутимо почитывал в КПКшке последние новости. Для него подобные вещи были привычны. А вот Панда почему-то волновалась.

— А когда они вернутся? Я про Вима и всех остальных.

— Когда работу закончат, тогда и вернутся. Может сегодня, а может, и завтра. Или через неделю. По-всякому бывает. Я не могу раскрывать тебе подробности нашей работы. Сама пойми, малая.

— Понимаю. Макс сказал, что мы должны отработать свое спасение. Я не люблю быть кому-то должна. И хочу завтра попробовать выйти наружу. Можешь рассказать, как сейчас обстоят дела в долине? Кто где обосновался? Куда лучше не соваться?..

Группа вернулась ночью. Херувим вошел в лазарет мокрый, пахнущий дождем, с автоматом за спиной. Мельком взглянув на Оборотня, он тихонько подошел к спавшей за столом Панде, аккуратно взял ее на руки и понес на кушетку. Она проснулась.

— Даня, я волновалась.

— Сестренка, ну сколько раз просить, не зови меня по имени.

— Прости. У тебя очень хорошее имя.

— Чик сказал, ты здесь заскучала.

— Долги нужно возвращать.

— Если ты не против, я могу составить тебе компанию.

— А Макс?

— Макс не против. Он тоже хочет, чтобы ему вернули долг.

— Тогда я только за.

— Тогда до завтра?

— До завтра…

Продолжение следует...

Часть 1. Пара ненормальных

Часть 2. Кордонская ночь

Часть 3. Маркот

Часть 4. О дипломатии изломов

Часть 5. Ложь, агрессия и их последствия
Часть 6. На грани
Часть 7. Мой хранитель — ангел смерти
Автор: Angry Owl
0 комментариев
Войдите, чтобы оставить комментарий. Простая в два клика.
Пока никто не оставил комментариев к этой статье. Вы можете стать первым!