Часть 9. Гензель и Гретель

Предлагаю Вашему вниманию очередную историю-фанфик по известной игровой вселенной.
Является продолжением прошлогоднего "Диссонанса".
Не судите строго

Предупреждение! Как порой бывает в моих фанфиках, для создание колорита, используется нецензурная лексика, сцены жестокости, курения и употребления алкоголя. Впечатлительным, моралистам и несовершеннолетним читать не рекомендуется.

Часть 9. Гензель и Гретель

— Ребятки, да вы просто Гензель и Гретель, — Чикатиллыч оглядел Херувима и Панду с ног до головы. В одинаковых камуфляжках и банданах, почти одного роста, они действительно были похожи, как дети одной матери от разных отцов. — В лесу злые ведьмы водятся. Хлебных крошек набрали?

— Полные карманы, — Вим постучал по набитому болтами и гайками подсумку. — А на случай встречи со злой ведьмой у нас есть дробовик. И еще кое-что найдется. Ножи, пистолеты, удавки, и, самое любимое, могучий русский мат.

— Ну если мат на вооружение взяли, тогда я за вас спокоен. Не больше двух суток.

— Как договаривались, старшой.

Темную долину окутало густым молоком тумана, сквозь который проглядывало маленькое бледно-желтое солнце. После вчерашней грозы с самого утра снова начало парить, обещая разразиться к вечеру новым дождем. Словно они не в средней полосе, а в каких-то тропиках. От духоты нестерпимо хотелось раздеться, хотя-бы руки оголить, но когда расхаживаешь по Зоне, даже закатанные рукава могут стать причиной какой-нибудь неприятности, типа ожога мутировавшей дикой крапивой или тем же «жгучим пухом».

Они составили примерный маршрут, включавший посещение Кордона, Свалки и, возможно, окрестностей Агропрома. Насчет последнего Херувим сомневался, считая, что для не полностью восстановившегося после ранения организма Панды это будет слишком тяжелой нагрузкой.

Были в тумане и свои плюсы: они быстро исчезли из вида, затерявшись среди окутанных ватной пеленой густых зарослей терновника, ежевики и высоких, почти в человеческий рост, стеблей крапивы и дурман-травы.

Панда шла привычной медленной походкой, мягко ступая по мокрой траве и прислушиваясь к попискиванию висевшего на поясе детектора аномалий. Вскоре она остановилась и извлекла из кармана любимый «Медведь». Но засеченный артефакт упорно не появлялся на глаза. Она исходила подножие высокого тополя вдоль и поперек, раскидав с десяток болтов, боясь пропустить даже небольшое аномальное образование, породившее таинственный предмет, но так ничего и не нашла.

— Странно, — она с недоверием постучала по прорезиненному корпусу детектора. — Может сломался?

— Ван момент, — Херувим жестом фокусника извлек из подсумка «Велес». — Умеешь с таким обращаться?

— Не приходилось. Это ж не детектор, а мини-компьютер какой-то.

— Ничего сложного. Смотри. Вот эта точка обозначает обнаруженный артефакт. Если она четкая, значит он совсем близко. Создается такое впечатление, что он над нами. Ведь бывает же. Слыхала про аномалию «соснодуб»?

— Это где деревья срослись? Кто о ней не слыхал? Ты думаешь, здесь тоже что-то подобное образовалось? — она задрала голову, но верхушка тополя терялась в густом тумане.

— А почему нет? Не могли же оба детектора одновременно сломаться. Проверим? — Херувим подсадил Панду на дерево и запрыгнул следом. — Ну что, видно что-нибудь?

— Пока нет. Дерево как дерево. Давно я по деревьям не лазила. Прямо как в детстве. — Сверху раздался смешок. — Здесь гнездо! Сигнал оттуда идет.

— Врешь.

— А вот и не вру. Воронье. А может, сорочье. В этих краях даже птицы — сталкеры.

— Может его стряхнуть?

— Ты что? Там птенцы. Слышишь? Пищат.

— Предлагаешь оставить? — наемник оседлал толстую ветку на метр ниже ее и тоже с интересом рассматривал гнездо.

— А вдруг он радиоактивный? Вырастут у воронят рога и чешуя вместо перьев, как они жить будут? Жалко… Ветки совсем тонкие. Как бы не чебурахнуться… Может, привязать себя чем-то?

От резкого порыва ветра крона угрожающе качнулась. Туман начинал потихоньку рассеиваться. Если так и дальше пойдет, долго им на верхушке не усидеть. Херувим откопал в кармане моток паракорда и протянул один конец Панде.

— Обвяжи вокруг ствола и вокруг себя. Если сломается, я тебя удержу. Но воронятам твоим тогда точно капец настанет.

Панда обмотала веревку вокруг ветки и ловким движением завязала у себя на талии не затягивающуюся петлю, у моряков именуемую беседочным узлом, или просто «беседкой». Этой премудрости ее в свое время научил Тич. Знал бы он, при каких обстоятельствах пригодится племяннице это умение…

— Готово. Ну, поехали… Только не качайся… Ссссуущья ворона… Тише, не клюйте. Вим, они еще голые... Прикинь… Гильза. Пробка от бутылки. Есть. — Ветка под ногой Панды подломилась, и она с визгом съехала вниз до ближайшего прочного сука попутно порвав штанину. — Пять минут — полет нормальный.

— Слезай давай, Гагарин. Что там было-то?

— Ты не поверишь. «Каменный цветок».

К тому времени, как они дошли до заброшенной фермы, туман рассеялся полностью. Через рваные облака часто выглядывало солнце. Стало еще жарче. Они уже начали подумывать о привале.

Внезапно шедший впереди Херувим присел и потянул за собой Панду одновременно прикладывая палец к губам. Объяснять ей было не нужно — впереди притаилась какая-то опасность. Вим пополз вперед, сделавшись похожим на снорка, только чистого и без обрывков противогаза. Панде даже показалось, что он зашипел сквозь зубы. С минуту он стоял на четвереньках вертя головой и прислушиваясь, потом также по-звериному подполз обратно.

— Сестренка, давай с тобой сыграем в одну игру, — шепотом начал он. — Представь, что ты зайчик. А рядом стая волков — ни убежать, ни отбиться. Что ты сделаешь?

— Спрячусь, — также тихо ответила Панда.

— Правильно. Сейчас ты зайчик, и тебе нужно переждать вон под тем кустиком, в ямке. Будешь там сидеть и не высовываться, пока не услышишь от меня, что опасность миновала. А если что, вот держи. — Он протянул ей помповое ружье. — Умеешь пользоваться? Вот и хорошо. Если что, стреляй. Но лучше, сиди тихо. Если я не появлюсь через двадцать минут, возвращайся назад. И помни, сейчас ты маленький серенький зайчик.

Херувим привычным движением натянул на лицо маску и пригибаясь скрылся среди зарослей. Панда изо всех сил постаралась прислушаться, но в шелесте листвы не смогла уловить ничего, кроме короткого обрывка разговора.

— Братец Кролик, выходи. Это я, братец Лис. Волки ушли. Насовсем.

Наемник появился из кустов неожиданно. При появлении он на всякий случай пригнулся, видимо, опасаясь, как бы она с перепугу не пальнула в него.

— Что это было?

— Бандиты, — Херувим презрительно скривил губы. — Устроили засаду возле ворот, и подстерегали одиноких путников. Больше не подстерегают.

— Ты их всех того? Я не слышала выстрелов.

— А зачем лишний шум создавать? Тихонько подкрался и ножичком. Тем более, что это не совсем по-нашему. Вроде как, нейтралитет должны соблюдать. Но ничего не могу с собой поделать: ненавижу эту категорию людей еще со времен, когда сам был сталкером. Не тебе объяснять, как тяжело деньги достаются. А эти уроды сидят себе на жопе да трясут честных людей. И ладно бы, просто грабили, хабар — дело наживное, так еще и прибить могут за пару вонючих артефактов и банку тушенки.

— Но они тоже люди.

— А мы, по-твоему, нелюди? О том, кто я, сейчас знаешь только ты. То есть, напади они, формально мы оба вольные сталкеры, сначала пристрелили бы, а уж потом разбирались. Так что, я просто нанес удар на упреждение. И да, у меня для тебя подарочек. У одного из козлов нашел. — Он протянул ей «золотую рыбку». — Для взноса в фонд организации, не все ли равно, как досталось? — Панда вздохнула, но артефакт взяла. Ни в ее положении сейчас привередничать. — И еще, сестренка, большая просьба: не говори об этом никому, особенно Максу. Считай, что трупы там уже лежали, когда мы подошли.

У входа в здание фермы Херувим снова напрягся. Сделав знак подождать, он нырнул в дверной проем, откуда тут же прозвучал писклявый голосок: «Шухер! Фраера подвалили!». Наружу, смешно перебирая тонкими лапками, выбежала молодая самка плоти. «Не, ну ты это…» Следом выскочил наемник, успев на прощание дать ей поджопника. «Ой-ой!». Плоть взбрыкнула задними лапами и, роняя каштаны, понеслась в сторону зарослей.

— Вали отсюда, колобок, пока я добрый. Ты смотри, какая. Подкармливали они ее, что ли? Даже не испугалась, шпикачка, пока пинка не дал.

Отсмеявшись, Панда принюхалась и взглянула вверх.

— Кажется, и правда, ой-ой, — потемневшее небо прорезала ярко-белая молния. Через несколько секунд оглушительно грохнуло. — Это не внеочередной выброс, я надеюсь?

— Всего лишь гроза. Ну-ка пошли вон те ветки подберем, пока не началось.

Похоже, заброшенная ферма прослужила пристанищем бандитов не один день. В дальнем углу обнаружился очаг из обода автомобильного колеса, на котором лежала решетка. Рядом стоял помятый чайник с остатками воды. Даже лежанки были в виде двух положенных на кирпичи фанерных щитов.

— Как в лучших домах Парижа, — Херувим понюхал содержимое чайника и выплеснул его в угол. — Слушай. Сейчас начнется.

Слушайте ГрозаПрирода на Яндекс.Музыке

Снаружи раздался приближающийся шорох, и вот уже по старому, местами потрескавшемуся шиферу забарабанили тугие струи воды. Снова сверкнула молния, и тут же оглушительно громыхнул гром, да так, словно сам небосвод раскололся на куски.

— Что-то дождливое в этом году лето.

— И не говори. Почти каждый день полощет, — Вим щелкнул зажигалкой и принялся подкладывать в огонек тонкий хворост. — Какой чай вы предпочитаете в это время суток? Черный? Зеленый? С бергамотом?

— А у тебя что, разный?

— Ага. Нахватал пакетиков из разных пачек. Хищник с Чикатиллычем обожают всякие «фильдеперсовые» чаи: с ромашкой, с малиной, еще черти пойми с чем, и заказывают их постоянно.

В ожидании, когда закипит вода, наемник закурил и растянулся на одной из лежанок.

— Тич, а ты знаешь, как на самом деле зовут твоего бойфренда?

— Какого бойфренда?

— У тебя их много, что ли? Я про этого, — он покопался в коммуникаторе и нажал кнопку воспроизведения: «…ты есть свет. И ты освещаешь наш путь, дабы не убоялись мы смерти и тени, идя к тебе и твоей благодати…» — это он под наркозом бормотал. Потом тебя начал звать. И еще какую-то околесицу про ангелов нес. Я не стал всю запись сохранять, так, кусок оставил ради смеха.

— Однажды он сказал, что когда-то его звали Дэн. Он не помнит ни своей фамилии, ни адреса, ни имен родителей. Зато помнит, как звали его друга. С которым они туда вляпались, и который его потом вытащил. Он не любит о себе рассказывать. Хотя, что-то мне подсказывает, что при желании он мог бы отыскать и друга, и дом, но он просто не хочет этого. Может, боится, что не приживется в нормальном мире. Не знаю.

— И что же, ты теперь тоже здесь останешься?

— Нет. Меня ждут дома. Я и так задержалась — не хотела с дурными вестями возвращаться. Но, рано или поздно, придется. А что было с тобой? Мне сказали, что вы с Дылдой погибли. Я думала, что потеряла троих. Но ты появился снова. Может, и дядя еще вернется? Если бы я не знала, что Исполнитель — иллюзия, то обязательно туда бы отправилась, чтобы его вернуть.

— Твой дядя не вернется. Я сам не видел, но вести о гибели старшего Тича дошли до нас еще задолго до ухода моей группы в Припять. Макс тогда очень расстроился — такого хорошего поставщика артефактов потерял. А мы… — он снова закурил, — мы нарвались на отряд бойцов «Монолита», таких же белоглазых, как твой Оборотень. Мы не хотели вступать с ними в бой. Друид даже попытался увести их от нас. Он погиб первым. А эти снова взяли наш след. И мы были вынуждены с ними драться. И победили. Но из шестерых осталось только двое — я и еще один. Оба были ранены. Связь с нашими была потеряна еще на подходе к городу. Потому мы и не смогли ни сообщить, ни позвать на помощь. Думали, нас тоже найдут и прикончат. К счастью, не нашли. Мы вернулись только когда смогли твердо держаться на ногах, почти через месяц после выхода с базы. Задание, разумеется, провалили. Вот Макс и решил, что нас больше нет. Он и сам удивился, когда нас увидел. Это было за день до того, как ты принесла ему «лунный свет». Я, когда глаза твоего дружка увидал, еле сдержался, чтобы его на месте не укокошить.

— Прости. Я не знала.

— Теперь знаешь. Так тебе какой чай?

— Такой же, как себе.

Запахло бергамотом. Панда потянулась за кружкой и на несколько секунд задержала взгляд на наемнике. Воспоминания о недавних событиях отразились на его лице: тонкие губы плотно сжаты, брови нахмурены. Только глазами по сторонам стреляет, как и прежде, резко и чуть насмешливо.

— Как это он тебя отпустил?

— А его не спрашивала. Просто поставила перед фактом, и все. Он мне не муж, и даже не парень. Просто близкий человек.

— Он думает по-другому.

— Пусть думает, что хочет. Это его право. А я склонна придерживаться мнения, что это место не для того, чтобы строить отношения или распускать сопли. Дашь слабину — погибнешь. Вот о чем он думал, когда в «трамплин» влез? Ведь не первый же день здесь. Наверняка, опять какую-нибудь философию в голове развел, или на мою задницу пялился. Идиот.

— Не, ну ты это… — оба обернулись. В дверном проеме робко перебирала лапами давешняя плоть. — Мурка, ты мой мурено-шек… Эх, скукотища… в натуре…

— Тебе здесь что, медом помазано, колобок?

— Владимирский централ… мля…

Панда заржала первой. Плоти способны копировать человеческую речь, как попугаи. Видимо, обитавшие здесь бандюки прикормили животину и развлекались по вечерам, разучивая с ней песенки.

— Браво, — она кинула хрюшке галету.

— Толька, рюмка водки на столе… Мурка, кушать.

— Мурка, иди на фиг. Панда, ну зачем ты ее кормишь? Не отвяжется потом.

— Тебе пары галет жалко? Зверюшка же не виновата, что ее хозяева такими оказались… — она потрепала осмелевшую плоть по загривку и почесала бочок, отчего та смешно захрюкала и прикрыла выпученные глазенки. — Сейчас Мурка покушает и вернется в лес к своим сородичам. А мы пойдем дальше.

Дождь почти закончился. Они собрали вещи и покинули ферму. Мурка некоторое время бежала следом, но, не получив больше подачки, отстала. К вечеру они вышли к обрушившемуся железнодорожному мосту. В саму деревню новичков их путь был закрыт — наемник не хотел никому показываться на глаза, даже инкогнито. За весь путь им не попалось больше ни одного артефакта. Все, что здесь успело образоваться после выброса, уже было собрано, даже туннель с «электрами» кто-то сумел обнести.

На ночлег расположились в одной из хат неподалеку от самого моста. Это место вызвало у Панды новый приступ печали — в этой деревушке в три двора они неоднократно останавливались с Тичем. Даже кострище в комнате с выбитой оконной рамой было на том же месте, как и в те времена.

— Дядя обычно завешивал окно куском брезента, чтобы издали меньше видно было. Дымно, конечно, получалось, но теплее и безопаснее, особенно зимой, когда укрытие приходилось находить рано. В соседней комнате, кстати, есть люк в потолке. Мы на том чердаке иногда кое-что прятали. Может, и сейчас что-то осталось?

— Маловероятно, конечно, но можем проверить. А как вы туда забирались?

— Здесь раньше приставная лестница валялась. Видать, сожгли ее, или сломали.

— Ладно. Не так уж здесь высоко. Я тебя подсажу, а ты мне потом руку подашь.

— Идет.

Осмотр чердака тоже не принес положительных результатов. Если что-то здесь Тич и оставлял, то его уже давно нашли побывавшие здесь до них сталкеры. Зато на под балкой обнаружился сдутый резиновый матрас и завернутое в полиэтиленовый пакет байковое одеяло. Похоже, не только Тич часто останавливался в этом месте на ночь.

— Разумеется, дырявый. Интересно, какой «умник» додумался в Зону надувной матрас притащить? — задумчиво произнес наемник. — Хотя, если подойти к вопросу творчески, можно ведь и от дождя под ним укрыться, и зимой с горки на нем кататься. В ближайшую аномалию. Или комбинезон себе из него сшить. Хи-хи.

Херувим свернул матрас и запихнул его в пакет с одеялом. Пару секунд подумал, достал из подсумка блокнот и нацарапал записку, к которой приложил презерватив, пояснив, что, в отличии от матраса, это изделие, по крайней мере, целое, и принесет владельцу гораздо больше пользы.

— А это у тебя зачем? — удивилась Панда.

— В клане очень строгая иерархия, — заговорщицким тоном ответил он. — Старший по рангу может и должен всячески укреплять дисциплину. Вплоть до телесных наказаний. В том числе, путем доминирования подобным образом…

— Да ну тебя, — она засмеялась и пихнула его кулаком в плечо. — И кто же над тобой доминирует? Чик? Или сам Макс?

— Оба. Потом ни сидеть, ни лежать на спине по нескольку дней не могу. Как вспомню, так вздрогну. — Херувим и сам захихикал от смороженной глупости. — На самом деле, применений много: и воду можно в нем носить, и на ствол натянуть, чтоб вода и грязь внутрь не попали, если где-то в болоте ползаешь, и спички хранить...

Продолжение следует...

Часть 1. Пара ненормальных

Часть 2. Кордонская ночь

Часть 3. Маркот

Часть 4. О дипломатии изломов

Часть 5. Ложь, агрессия и их последствия
Часть 6. На грани
Часть 7. Мой хранитель — ангел смерти
Часть 8. В гостях у наемников
Автор: Angry Owl
0 комментариев
Войдите, чтобы оставить комментарий. Простая в два клика.
Пока никто не оставил комментариев к этой статье. Вы можете стать первым!