Немедицинское предисловие

Гражданская война в США очень слабо освещена в русскоязычной литературе. А для американцев это такое же знаковое событие, как для нас - Великая Отечественная. В этой войне погибло больше американцев, чем во всех остальных войнах, которые вели США. Включая обе Мировые войны. Если оценить потери в процентном отношении к населению страны, то Гражданская война - это 2.4%, а занимающая второе место по этому критерию Вторая Мировая - 0.3%, в восемь раз меньше. Это последняя война, которую США вели на своей территории. Поэтому, я позволю себе вкратце осветить многие немедицинские моменты той войны.
За деталями имеет смысл обратиться к Малю или Уланову, моя задача — широкими мазками изобразить фон, на котором действовали мои герои.
Гражданская война была не то, чтобы за освобождение негров и не то, чтобы не за освобождение негров — вопрос аболиционизма стоял остро, и был одним из центральных вопросов внутренней политики США того времени, но, как обычно, было множество тонкостей и деталей.
Отношение к рабству не было представлено двумя полярными мнениями — политический спектр был почти непрерывным. На самом деле, общее мнение сводилось к тому, что рабство — это, в общем, нехорошо и не вполне гуманно (один из вариантов - «в новый Иерусалим, который Господь дал детям своим, негоже завозить полулюдей, исчадий ада». Аболиционизм прекрасно сочетается с расизмом), и негров нужно освободить... но не прямо сейчас. Когда-нибудь, когда они будут более готовы к свободе. Такая постановка вопроса устраивала всех, кроме радикальных рабовладельцев (в основном, плантаторы-южане) и радикальных аболиционистов. 
К началу Гражданской войны в США раб стоил, на нынешние деньги, 3-5 тысяч долларов, и эта цена была единственной (хотя и довольно надежной) защитой от плохого обращения. Раба можно было забить до смерти — как никто не запрещает в наши дни разбить от плохого настроения машину. Но это и дорого, и репутацию в обществе создает соответствующую.
Экономически и географически США того времени делились на три части — промышленный Север, аграрный Юг и фронтир-Запад. Юг — это, перефразируя известное высказывание, хлопковая плантация, прикидывающаяся государством, Север — это быстро растущая промышленность и урбанизация (впрочем, до соперничества с «мастерской мира» - Британией было еще далеко), Запад — Дикий, малонаселенный, но источник бесконечных политических вопросов. 
Вновь присоединяемые штаты могли становиться рабовладельческими или свободными. При естественном ходе событий, большая часть Фронтира становилась бы свободными штатами, представители их получали бы большинство в Конгрессе и отмена рабства становилась лишь вопросом времени. В 1820-1821 годах был принят «Миссурийский компромисс», уравнивавший количество свободных и рабовладельческих штатов, но в 1854 году события вокруг Небраски и Канзаса явились прологом к Гражданской войне.
Идея была из тех, что называются «абстрактно правильными». Население новых штатов само, демократически решит, быть штату свободным или рабовладельческим. Тем более, что Канзас был как раз между свободой и рабством. 
Аболиционисты с Севера и сторонники рабства с Юга принялись заселять Канзас, и, предсказуемо, встретились посередине. Слово за слово, после первого голосования в 1855 году, понаехавшие южане проголосовали за рабство На следующий год, комитет Конгресса сообщил, что голосов от резидентов штата было подано меньше, чем от нерезидентов. На некоторых участках отношение резидент:нерезидент было что-то типа 1:25, результат голосования был аннулирован, Канзас был объявлен свободным, но южане сформировали свое правительство и не то, чтобы отказались признавать Конгресс, но сделали вид, что это решение их не касается. 21 ноября 1855 года поселенец Чарльз Доу был застрелен сторонником рабовладения. 21 мая 1856 года южане атаковали и разграбили город Лоуренс, разрушив обе городские редакции газет и взорвав (неудачно) и подпалив (удачно) Лоуренсовский отель «Свободный штат». Дискуссия о Канзасе в Сенате превратилась в потасовку с тяжелыми ранениями (победа за рабовладельцами). 
«Окровавленный Канзас» - так называют в США эти события — продолжался до 1859 года, официальное число погибших - 56 человек (при том, что население Канзаса считалось на десятки тысяч человек). 
Окончание «предварительной гражданской войны» совпало с попыткой Джона Брауна поднять восстание против рабовладения, закончившееся пленением и повешением его. 
Для Юга после этих событий сецессия, то есть, выход из состава США, стала лишь вопросом времени. С этого момента начинается постепенный перевод арсеналов (между прочим, 115 тыс. ружей, впрочем, далеко не все они были новейших образцов) на Юг, стимулирование ветеранов Мексиканской войны селиться на Юге, и постепенный переезд сенаторов от Юга из столицы.
Экономически Север и Юг были не просто разными регионами — они были регионами враждующими. Север остро нуждался в деньгах, его потрясали кризисы и спекуляции. Деньги можно было взять только на Юге — и их брали. Южане, предсказуемо, были недовольны, но в целом вопросы как-то решались, если не ко всеобщему удовлетворению, то без стрельбы. Дополнительную остроту ситуации придавал вопрос таможенных пошлин. Да, южанин лежал в колыбели, сделанной на севере, решетки камина были выкованы на севере, топор, которым рубили дрова, ткацкий станок, на котором изготовляли материю, бритва, экипаж, наконец, гвозди для гроба — все это изготовляли северные штаты. Но с сельскохозяйственными орудиями Англии молодой промышленности конкурировать было тяжело, и экспортные тарифы были постоянной причиной трений в Конгрессе. Север считал, что это — прекрасный стимул для роста промышленности (англичане, как и американцы, всегда были сторонниками свободы торговли, исключая случаи, когда им это невыгодно), Юг — что это наглая перекачка денег в карманы янки. 
В США до сих пор (!) спорят, были ли тарифы одной из определяющих причин войны. Но без всякого сомнения можно сказать, что гражданскому миру они не способствовали.
К моменту, когда Линкольн стал президентом (1860), фигуры были расставлены, и оставалась лишь искра для приведения в действие всех зарядов.
На 1861 год, численность всей армии США составляла примерно 16000 человек, раскиданных по 80 фортам — то есть, вся армия состояла из рот и эскадронов. Полков как таковых не было — иногда собирались импровизированные отряды из нескольких рот и эскадронов, но это были не полки, а именно отряды, с бору по сосенке, со случайным командиром. Так что, все знали, что полковник должен быть уважаемым человеком, прочие же задачи его были совершенно неясны. Дивизии были вообще чисто административными образованиями, их было четыре, по числу военных округов. 
Форты были раскиданы по границам с немирными индейцами, да несколько было расположено в стратегически важных местах и на мексиканской границе. Армия вела постоянную малую войну с индейцами, что накладывало на нее неизбежные отпечатки «малой войны» - привычку действовать без оглядки на окружение, тщательно нести караульную службу, метко стрелять, беречь патроны и проявлять инициативу. С другой стороны, такая война приучает к противнику храброму, но не стойкому, преуменьшает значение артиллерии и сводит фортификацию к наспех сооруженной засеке. 
Вооружена маленькая армия была весьма современно, штуцерами с пулей Минье, в заметном количестве и нарезные (дульнозарядные) орудия (и множество оружия, чуть ли не со времен войны за Независимость, лежало на складах). А вот снабжалась — крайне архаично. Солдатский паек включал в себя мясо (вяленую говядину и копченую свинину), сухари и виски. Все остальное предполагалось закупать на местах... но много ли закупишь в полусотне миль от ближайшего населенного пункта? Что-то выращивали около фортов, где позволяли почва и климат, что-то (в основном, сушеные овощи) возили, и, в итоге, питание американского солдата было калорийным, но крайне несбалансированным и для желудка не полезным. Стоит добавить, что в солдаты шли, главным образом, люди, не желавшие пробивать себе дорогу, а довольствующиеся малым, но регулярным и гарантированным, так что и строения в фортах зачастую представляли собой «наспех сооруженные трущобы из непросушенных, неокоренных бревен, кишели насекомыми так, что солдаты предпочитали спать на воздухе», и готовка сводилась к прожариванию нарезанного мяса и сухарей в жиру. 
В общем, маленькая, заштатная армия далекой чудаковатой страны за океаном.
Ах да! Была же еще конница, которая смешила всех европейских офицеров полным пренебрежением к саблям. И артиллерия, используемая, в основном, для салютов. Но вооруженная нарезными дульнозарядными орудиями.
Кроме армии, в США была еще милиция — говоря современным языком, национальная гвардия. Добровольцы, проходящие военное обучение за свой счет и в свободное время. 
На практике, это выглядело примерно, так:
в американском городке несколько уважаемых людей решали, что негоже славному городу Грейт Флайшиттер Сити без собственной милиции. Самый уважаемый человек выбирался полковником, менее уважаемые — майором и капитанами, шилась форма, закупались ружья, и раз-два в месяц это воинство проходило более или менее строем по главной улице родного города, стреляло за городом по мишеням и устраивало пикник с танцами, оркестром и барбекю. «Характерным для американских милиций были сильные оркестры, множество выборных начальников и отсутствие желающих им подчиняться» - писал про эти вооруженные силы Свечин.
Медицина в США была причудливым смешением новейших идей и необразованности: были уже десятки медицинских школ — от европейского уровня до откровенных лавочек по продаже дипломов. Впрочем, государственного лицензирования врачей не было, любые лекарства, включая опиаты (любимый тетей Полли болеутолитель, например), продавались без рецепта, и недостаток врачей с образованием возмещали гидропаты, гомеопаты, откровенные шарлатаны («Джефф Питерс как персональный магнит») и practitioner'ы — термин, на русский язык одним словом не переводящийся. Practitioner – это человек, который «на основании житейского опыта» и, возможно, какого-то самообразования, лечит болезни — что-то вроде знахаря, но без этого оттенка дикарского невежества. 
При этом, первые успешные полостные операции (овариотомии, операции на яичниках) были проведены именно в США, врачом, интуитивно понимавшим необходимость чистоты в операционной. Отрабатывал он эту операцию, кстати, на рабынях, это не было запрещено — а вот вскрытие трупов в ряде штатов было уголовным преступлением (помните «Приключения Тома Сойера», врач, пошедший ночью на кладбище?). 
В стране с такой армией и такой медициной военная медицина, неизбежно, была весьма своеобразной. В 1812 году, когда Ларрей экспериментировал с «летучими амбулансами», а США воевали с Великобританией, никакой системы медицинской помощи не было. В 1846-48 годах, во время войны с Мексикой, санитарная служба сводилась к импровизированным госпиталям и импровизированным транспортам. 
В санитарной службе армии США было всего три ранга — ассистент хирурга, хирург и начальник медицинской службы — Surgeon General, переводимый на русский, традиционно, как «генеральный хирург». Причем, продвижение осуществлялось строго по выслуге лет — как следствие, начмеды армии США были, в большинстве своем, людьми в годах, отчетливо понимающими, что карьеру они уже сделали, и на этом месте можно спокойно сидеть до самой смерти.
Последним довоенным Генеральный Хирургом был Томас Лоусон (1789 - 1861), ветеран войны 1812 года, занимавший свой пост с 1836 года. Он, между прочим, добился офицерских званий для врачей, но к концу жизни более всего был озабочен экономией бюджета. Медицинскую литературу он считал ненужной роскошью, и, говорят, пришел в бешенство, узнав, что в одном из фортов имеется целых два набора хирургических инструментов!
Оплата хирургов была невысокой, служба — тяжелой, это приводило к хроническому некомплекту хирургов, от этого затруднялись отпуска и переводы, что делало службу еще тяжелее, далее по кругу. В какой-то мере эту проблему компенсировали наймом гражданских врачей, там, где они были.
Средний солдат армии США болел дважды, а то и трижды в год — это даже по тогдашним меркам немало. Основными болезнями были — поносы, запоры, дизентерия, по весне — цинга, по месту и сезону — малярия, тиф, простудные заболевания. Типичные ранения были не огнестрельными — а от индейских стрел. Никакой стандартизации инструментов и медикаментов, никакой доктрины лечения, никакой системы эвакуации, словом, трудно найти в истории санитарную службу, менее готовую к большой войне, чем санитарная служба армии США...
23.12.16
2 комментария
Войдите, чтобы оставить комментарий. Простая в два клика.
Граждане
Очень интересно написано. Нехватает картинок-иллюстраций и разбивки на подзаголовки чтобы было легче читать, т.к. текст всетаки не маленький. В аудио или видео-версии будет вообще шикарно.
Блогеры pit81
Картинки будут в книге. Аудиоверсию нужно начитывать, а у меня сил нет. Подробности опускаю, скажу только, что жизнь прекрасна и удивительна, но более второе, нежели первое...