Исторический императив России. Юрий Селиванов

Это единственная в мире абсолютно самодостаточная страна-цивилизация, которая может себе позволить обойтись без всех остальных

Армия России

Как-то так получается, что начало каждого нового века Человечество встречает в атмосфере самых позитивных эмоций и радужных надежд. Так было в начале двадцатого столетия, когда многим казалось, что аэропланы, автомобили и радиосвязь в корне изменят нашу жизнь и сделают её куда более комфортной и безопасной.

Все эти иллюзии развеялись в августе 1914 года, когда весь этот замечательный прогресс закончился многолетней мясорубкой первой мировой войны. Причем, благодушие и вера в позитивные ценности были тогда столь велики, что большинство европейцев еще долго не могли понять, как их угораздило оказаться в этих вонючих окопах?

Примерно то же самое эйфорическое состояние умов имело место и на заре нынешнего 21 века. Новомодные «философы» Запада стали хором талдычить про некий «конец истории», прозрачно намекая на то, что времена планетарных потрясений безвозвратно прошли. А теперь, мол, глобальный миропорядок будет определяться исключительно вегетарианским развитием мягких информационных технологий, финансового рынка и сферы услуг.

Вся эта благодать, точно так же как и сто лет назад, рухнула аккурат к очередному четырнадцатому году. Когда в силу целого ряда военно-политических катаклизмов, происходивших в разных концах земного шара, стало окончательно ясно, что этим миром по-прежнему правят железо и порох, то есть «старая добрая» военная сила. А все гламурные «мягкие технологии» имеют свойство элементарно уходить в «офф-лайн» после первой же хакерской атаки, или, тем более, после удара крылатой ракетой по местной электростанции.

И хотя до сих в мире еще немало всевозможных профессоров плешивых наук, которые продолжают твердить привычные мантры про то, что ракеты, танки и пушки уже неактуальны, реальная жизнь говорит совсем о другом.

И вынуждает всех, кто стремится к выживанию в этом по-прежнему грозном и небезопасном мире, думать не столько о красотах вполне сказочного «постиндустриального» мира, сколько о том, чтобы стать максимально сильными и защищенными за счет еще не профуканного окончательно индустриального потенциала.

Таково ныне общее стремление всех лидирующих в мире стран и цивилизаций. Разумеется, каждая из них использует для этого свои козыри – данные ей Создателем и исторической судьбой.

В этом смысле мне показались очень красноречивыми и впечатляющими факты, ставшие известными в недавние дни.

Первый из них касается коммерческих итогов состоявшегося во французском Ле-Бурже традиционного международного авиасалона.

Как и следовало ожидать, ведущие западные производители авиатехники заключили баснословно дорогие контракты. Американскому концерну «Боинг» заказано 785 самолетов на сумму свыше 67 миллиардов долларов. А европейскому «Эрбасу» — 346 самолетов на сумму 41 млрд долларов. Про всех остальных участников этого рынка можно даже не вспоминать. Их удел только пыль глотать.

Объемы этих контрактов настолько фантастически огромные, особенно на фоне нынешних постсоветских слёз, когда выпуск чуть ли не каждого самолета становится событием национального масштаба, что они поневоле требуют полноценного осмысления.

Суть которого, на мой взгляд, сводится к тому, что Запад практически полностью контролирует современный мировой рынок высоких технологий, и не только в сфере авиастроения, но и вообще. Получил он этот контроль не потому что такой шибко умный, а благодаря своей многовековой глобальной военной экспансии и захвату огромных территорий планеты. Которые сегодня, хотя и стали формально независимыми странами, по сути, остаются донорами западной экономики. Попробовала бы, например, та же Саудовская Аравия купить самолеты не у Боинга а, допустим, у России. Тамошним нефтяным шейхам быстро бы напомнили — где раки зимуют.

И понятно, что этот свой контроль над промышленностью высоких технологий Запад никому уступать не намерен и даже делиться ни с кем не будет. Во всяком случае, с теми, от кого можно ожидать всяких неприятных сюрпризов конкурентного характера. Не случайно, едва только успел первый раз подняться в небо новый российский авиалайнер МС-21, как в «мировой прессе» тут же пошли разговоры, что это, мол, бесперспективная затея и у русских этот самолет никто не купит. И вовсе не потому, что он такой плохой. Просто он категорически не вписывается в уже поделенный между западными мегаконцернами рынок.

Именно этот тотальный промышленно-технологический контроль над большей частью планеты и является главным ресурсом Запада, который дает ему необходимые средства для наращивания своей военно-политической мощи. Посредством которой он еще более прочно контролирует свой исторический ареал господства.

Такова примерно механика мирового могущества и военного доминирования в случае Запада.

Второй фундаментальный факт этих дней касается Китая. Опубликована впечатляющая картина действительно феноменальных успехов Китая в области военного судостроения. Буквально в глазах рябит от перечисления десятков только что построенных кораблей всевозможных классов и типов — от авианосцев до новейших океанских эсминцев, которые у китайцев размножаются практически теми же рекордными темпами, что и они сами. Китай форсированно строит мощный флот, потому что имеет огромное открытое к океану побережье, весьма уязвимое для атаки. Однако это только одна сторона медали. Другая же состоит в том, что Китай, точно также как и Запад, усиленно конвертирует свои экономические успехи в военно-политическое могущество. Потому что точно так же, как и Запад, прекрасно осознает, что именно военная мощь была, есть и будет ключевой гарантией выживания любой цивилизации. А всё остальное – сбоку припёка.

Китайцы в отличие от Запада пока не претендуют на мировой технологический контроль. Но у них есть свой козырь — такая же мировая фабрика ширпотреба, которая дает им весьма неплохие доходы и позволяет вкладывать немалые средства в свою защищенность от внешних угроз. Плюс к этому у КНР есть еще и свой колоссальных размеров внутренний рынок. Запад вынужден со всем этим мириться, поскольку его собственное благосостояние существенно зависит от экономики Китая. И потому он ограничен в своих возможностях препятствовать наращиванию КНР своего военного могущества. Таким образом, с источником силы и ресурсом выживаемости восточной цивилизации тоже все более или менее понятно.

Что же остается России? За счет чего Русская цивилизация может создать свой собственный оборонный щит, достаточно прочный и долговечный с учетом огромных возможностей и амбиций ей врагов и потенциальных захватчиков?

Промышленно-технологическая экспансия России на мировой рынок, фактически уже поделенный между Западом и Китаем, представляется совершенно невероятной. Никто русских туда не пустит и не станет ради них ущемлять кровные интересы всех этих «Боингов» и «Эрбасов». Ситуация может измениться к лучшему для России лишь в том случае, если сама сфера мирового военно-политического контроля Запада будет дестабилизирована и существенно сокращена. Частью такой дестабилизации объективно являются нынешние события на Ближнем Востоке или не менее фундаментальные перемены, вызревающие в Европе. Но это — дальняя перспектива, на которую в практическом плане рассчитывать пока не приходится.

Еще менее перспективна для России попытка вытеснить Китай с его позиций мировой фабрики, где у него прочные позиции, подкрепленные тем же Западом. Свои бы позиции на собственной территории сохранить перед лицом китайской экономической экспансии под убаюкивающим брэндом «великого шелкового пути».

Таким образом, можно констатировать, что ни российская высокотехнологичная продукция, ни российский ширпотреб за пределами границ самой России в действительно значимых количествах востребованы не будут. Военная техника – да, но она погоды не делает. И, следовательно, в принципе эти направления не могут быть основными драйверами российского экономического роста и источником укрепления внешней безопасности страны.

Однако эту задачу все равно решать надо. Потому что она, в отличие от большинства других, носит экзистенциальный характер и является задачей выживания. То есть общенациональным приоритетом номер один.

Единственное, что реально нужно остальному миру от России — это её природные ресурсы. Именно существование России на правах сырьевого придатка Запада имеют в виду всевозможные московские «центры стратегических исследований», когда говорят о встраивании страны в структуру глобальной экономики.

Однако, что касается сырьевого «драйвера», то он, пожалуй, самый дефективный из всех перечисленных. Во-первых, что общеизвестно, сырье это такой товар, который имеет самую низкую прибавочную стоимость. Во-вторых, ценами на это сырье могут легко манипулировать противники России, не заинтересованные в ее усилении. Только очень наивный человек может думать, что мировые цены на нефть чисто случайно уполовинились именно в тот момент, когда Россия проявила твердость в ответ на западную диверсию против Украины. Запад не зря полностью контролирует ту же Саудовскую Аравию сотоварищи, которые в нужный момент всегда могут выступить в качестве главного ценового регулятора в его интересах.

Искусственный обвал цен на нефть очень сильно ударил по российской экономике, особенно в сфере высоких технологий, по планам развития страны и даже привел к необходимости корректировки военных программ. Западные визави России моментально разрушили иллюзию о том, что в обмен на свое сырье, на Западе можно купить любые технологии и, тем самым, обойтись без развития собственных. Многие технологические проекты с западным участием были немедленно заморожены. И Россия была вынуждена в пожарном порядке вводить так называемое импортозамещение, чтобы не парализовать целые отрасли промышленности.

Такая степень внешней зависимости для страны и цивилизации, желающих играть в мире существенную роль и, в конечном счете, элементарно выжить, разумеется, недопустима. И призывы тех, кто предлагает России и дальше существовать в таком режиме, полагаясь на милость сильных мира сего, иначе как вредительскими назвать трудно.

Вполне очевидно, что рассматривать сырьевую модель экономики как основу национального выживания нет никаких оснований. Иначе говоря, драйвер национального выживания России и сегодня и в обозримом будущем бесполезно искать за пределами её собственных границ!

Конечно, нынешняя Россия многое делает для того, чтобы создать собственную внешнюю «сферу сопроцветания», взломав и сокрушив вражеские барьеры. установленные на этом пути по всему миру. Это происходит в Сирии, на Украине, Венесуэле – везде, где для этого есть хотя бы минимальная возможность. И это правильный путь, единственный, который позволяет хотя бы частично распылить силы Запада и ослабить его давление непосредственно на Россию.

Но на этом пути решить фундаментальную проблему собственного выживания невозможно. Более того – он сам по себе очень затратный. Когда еще будет практическая польза от той же Сирии, не говоря уже об Украине.

Соответственно, главный ресурсный источник России, который необходимо для этого задействовать, должен находиться в самой России.

И волею провидения он у России есть! Причем, она — единственная страна в мире, которая может это с полным основанием утверждать. Россия – абсолютно самодостаточная, во всех отношениях, держава. Только у неё в избытке имеются все слагаемые для успешного автономного существования – высочайший интеллект и творческие способности людей, природное трудолюбие народа, его закаленные веками истории коллективизм, целеустремленность и самоотверженность, неисчерпаемые природные богатства, огромная территория, дающая возможность для безграничного развития.

Таким образом, главный и единственный источник жизненных сил России находится у нее внутри. И соответственно – опора на собственные силы не имеет для нее никакой альтернативы.

Но для того, чтобы эта действительно колоссальная сила не пошла вразнос и не разнесла страну, чтобы ее термоядерная энергия была созидательной, эта сила должна быть управляемой и целенаправленной. Россия, при таких угрозах и вызовах, не может существовать как нечто амебообразное, в режиме броуновского движения отдельных своих составляющих. Которые хаотически сталкиваясь, будут только гасить энергию друг друга. Именно в это состояние нас погрузили после развала СССР. Когда мы вместо того, чтобы направить все силы к общей созидательной цели, стали растрачивать их или на прожигание жизни или, того хуже — на взаимную переработку в отходы.

Но концентрация силы может быть обеспечена только концентрацией государственной власти. В том числе и в трансграничном формате. Это исторический императив для России, которая в принципе не может существовать по-другому. Только сильная центральная власть способна противостоять разбазариванию нашей цивилизации и её ресурсов, их концентрации на решении ключевых задач. И не допустить подавления собственной экономики и самой жизни хищными завоевателями и торгашами-космополитами.

Сегодня у России, худо-бедно, но такая власть есть. И это не чья-либо личная прихоть, но историческая закономерность. Стараниями Путина эта достаточно жесткая власть, тем не менее, выглядит и по факту является достаточно мягкой. Но это вовсе не значит, что эта мягкость не имеет предела. И вероятное будущее России выглядит так, что эта власть может стать даже гораздо более жесткой. Если того потребуют задачи выживания. А они могут того потребовать, учитывая ту степень эгоистической враждебности внешнего мира, который Россию окружает.

Поэтому сильно ошибаются те, кто по своей наивности думает, что Путин это такая себе «гримаса истории», временное отклонение от столбового пути прогресса. Ничего похожего! Путин – это и есть выбор России, продиктованный её совокупной волей. И та поистине небывалая всенародная поддержка, которой он, несмотря ни на что пользуется, объясняется отнюдь не фокусами социологов, а той безошибочной всенародной интуицией, за которой стоит опыт всей тысячелетней истории. Конечно, Путин не вечен. Но тот, кто придет ему на смену, наверняка очень сильно разочарует тех, кто ждет не дождется конца так называемого «путинизма». Россия, судя по всему, уже осознала свою уникальную самодостаточность и признает только того лидера, который поведет ее дальше по выбранному пути. Каким бы трудным он не был. Иначе ей просто не выжить.

Юрий Селиванов, специально для News Front

0 комментариев
Войдите, чтобы оставить комментарий. Простая в два клика.
Пока никто не оставил комментариев к этой статье. Вы можете стать первым!