Иэн МакКеллен рассказал о своем видении вневременного гения Шекспира

Иэн МакКеллен рассказал о своем видении вневременного гения Шекспира Прославленный британский актер театра и кино Иэн МакКеллен накануне выступил перед многочисленной аудиторией "Гоголь-центра", представив отреставрированную Британским институтом кино и Британским советом картину со своим участием - "Ричард III" Ричарда Лонкрэйна в рамках культурной программы "Шекспир в летнюю ночь".

Иэн МакКеллен рассказал о важности этой пьесы и ее вневременном характере, упомянув, среди прочего, что "Ричард III" был вторым полнометражным немым фильмом в истории кинематографа. Английская театральная культура двадцатого века даровала миру множество замечательных и неординарных интерпретаций шекспировского произведения - и до сих пор роль Ричарда остается одной из ролей, о которой мечтает каждый актер. Произведения гения, каким, безусловно, был Шекспир, отличаются тем, что они современны и для эпохи их создания, и для зрителей, внимающих им в наши дни.

С точки зрения британского гостя, дискуссии об уместности и нужности перенесения действия в более близкие зрителям исторические и культурные реалии не имеют смысла - следя за каждым из героев, аудитория должна понимать, к каким собирательным образам апеллирует персонаж. А они - правители, политики, военная элита, чиновники - существуют во все времена. И Шекспир прекрасно понимал психологизм своего произведения, написанного о событиях не таких уж давних для людей его поколения времен. Иэн МакКеллен привел в подтверждение и оправдание своей точки зрения слова самого Шекспира. Первое слово, с которого начинается текст пьесы, без сомнения свидетельствуют об остроте момента и напряженности переживаний - это слово "сейчас" (”Now is the winter of our discontent...”).

На вопрос о том, насколько сложно приходится современному актеру, когда перед ним возникает задача заучивания пространнейших монологов на языке Елизаветинской эпохи, достаточно сильно отличающегося от современного английского, Иэн МакКеллен ответил аллегорически. Большинство произведений Шекспира не рождают с первого взгляда ощущение стихотворных. Однако в них господствует белый стих с метрикой пятистопного ямба; этот ритм, удивительно похожий на биение человеческого сердца, делает слова, вылетающие из уст актеров, продолжением их дыхания, их физического существования не только на сцене, но и в жизни.

Что же касается современности языка - МакКеллен пошутил, что если это "препятствие" воспринимать буквально, то лучше будет ставить Шекспира только в России, а Чехова, например, только в Англии, ведь и на русском, и на английском языке за прошедшие годы создано множество переводов работ этих драматургов - можно выбрать как несколько архаичный для современного слуха вариант, так и передающий строй современной речи. И тем не менее Шекспир, как и Чехов, только один, все остальное - лишь его отражения в оптике различных языков.

"Шекспир живет" (Shakespeare lives) - таково не только название, но и сокрытое послание официального слогана мероприятий, посвященных памяти Шекспира. Чтобы проиллюстрировать глубину этого утверждения, Иэн МакКеллен вспомнил о репетиции "Ромео и Джульетты" во времена своей молодости и о словах режиссера постановки, которые он произнес, показывая, как именно следует интерпретировать слова Джульетты, обращенные к Ромео: "Ты хочешь уходить?/ Но день не скоро: / То соловей - не жаворонок был, / Что пением смутил твой слух пугливый…" (Wilt thou be gone? It is not yet near day. / It was the nightingale, and not the lark, / That pierced the fearful hollow of thine ear…) в третьем акте пьесы. Намек на соловья, который поет ночью, а не на птицу, чьи трели возвещают наступление зари, говорит об остроте переживаний, охвативших молодую пару. Насколько же близко необходимо находиться по отношению к другому, чтобы различить изгибы ушной раковины, вострепетавшей от внезапного звука? Ровно в том состоянии близости, которое порождает саму жизнь - торжественно резюмировал актер, завершив свое появление перед московской публикой декламацией монолога Томаса Мора из пьесы "Сэр Томас Мор".

Исследования единственного экземпляра текста этой пьесы, находящейся ныне на хранении в Британском музее, дают все основания полагать, что автором незавершенной работы действительно был Шекспир. И МакКеллену, сыгравшему за свою долгую творческую жизнь практически весь шекспировский репертуар, в 1964 году выпала честь стать первым актером, воплотившем на сцене шекспировскую роль, роль Томаса Мора, обращающегося к английским властям с гневным монологом, обличающим лицемерие по отношению ко всем "чужим". Этот гневный призыв, как и многое другое, вновь свидетельствует о прозорливости британского гения, ушедшего из жизни четыреста лет назад.

0 комментариев
Войдите, чтобы оставить комментарий. Простая в два клика.
Пока никто не оставил комментариев к этой статье. Вы можете стать первым!