Васильева вместо Ливанова: Что ждать от нового министра образования?

Васильева вместо Ливанова: Что ждать от нового министра образования? Фото: Politrussia

Вместо технократа Дмитрия Ливанова, который делал ставку на совершенствование системы ЕГЭ и выстраивание системы образования как конвейера, на пост руководителя министерства образования и науки назначен человек с гуманистическим складом ума – Ольга Васильева, опытный педагог и учёный, эксперт по истории и взаимодействию государства с религиозными конфессиями, работавшая до назначения министром в подразделении администрации президента, отвечающем за укрепление духовно-нравственных основ российского общества и воспитание молодежи.

Что изменится в образовании после этой перестановки?

Технократическое образование

Благословением и проклятием Ливанова стал тот самый Единый государственный экзамен (ЕГЭ): его поставили на этот пост во многом для того, чтобы убрать перекосы в системе, сделать её работающей и эффективной. А задачи ЕГЭ были очевидными и важными: понижение уровня коррупции в системе среднего и высшего образования; унификация образовательного уровня по стране, чтобы не было «культурных столиц» и «необразованных провинций»; и, как итог, создание «социальных лифтов», которые позволят умному абитуриенту поступить в любой из лучших ВУЗов страны, независимо от места проживания.

Politrussia.com
ЕГЭ должен был стать одним из «проездных билетов» для одарённых и целеустремлённых людей в те учебные заведения, где они смогут самореализовываться и продолжать образование на самом высоком уровне.

К сожалению, Ливанов воспринял ЕГЭ как универсальный прототип, который надо масштабировать на всю систему образования. При этом сам единый госэкзамен действительно был улучшен и стал уже более-менее пригодным для той цели, которой предназначался. Механизм одновременной сдачи выпускного и вступительного экзамена, пускай всё ещё требующий совершенствования, заработал и нейтрализовал часть коррупции, расплодившейся вокруг приёмных комиссий в ВУЗах.

Однако система школьного образования, в свою очередь, немало пострадала. Министерство образования предъявляло чересчур формализованные требования к учителям, что во главу угла встал механический процесс бездушного обучения, единственной целью которого было подготовить учеников к сдаче ЕГЭ и ничего более. Не исключено даже, что Ливанову, как доктору физико-математических наук, нравился такой «промышленный» подход к образованию: простые и чётко измеримые стандарты, унифицированные методики, механизация процесса обучения.

Но в результате и ученики, и учителя стали винтиками в машине, которую он пытался сделать максимально объективной, но при этом совершенно бездушной. Преподавателя в системе ЕГЭ сделали подобным клерку, который перекладывает бумажки и проделывает с ними стандартные процедуры, предписанные регламентом.

Работа учителей сильно бюрократизировалась, а уровень нагрузки за счёт бумажной работы стал запредельным, хоть и достойно оплачивается. Из-за необходимости вести постоянные отчёты перед министерством учителя вынуждены были резко сократить работу непосредственно с детьми.

В полном загоне оказались гуманитарные предметы, которые хуже всего укладывались в систему унификации и стандартизации. И если русский язык ещё худо-бедно можно было свести к галочкам, подчёркиваниям правильного варианта и прочим методам оценки через тестирование, то литература от высокого стандарта преподавания и изучения произведений прозы и поэзии скатилась просто к урокам чтения. А такой формат проверки знаний, как сочинение вообще на время выпал из системы образования, и потребовалось вмешательство самого президента, чтобы его вернуть.

Ещё хуже то, что при Ливанове окончательно был поставлен крест на такой функции школы, как воспитание детей. Даже образование было существенно урезано до стандартов, требующихся для сдачи ЕГЭ, а о том, что школьникам необходимо прививать определённые нравственные принципы, этические и патриотические понятия – это вообще оказалось за бортом учебного процесса.

В советском стандарте всегда огромную воспитательную роль играл именно предмет литература. Тогда с большой тщательностью относились к программе чтения, и вместе с изучением лучших произведений наших писателей, дети усваивали и основы нравственности, понятия чести, долга, добропорядочности, ответственности, милосердия – словом, полный набор гуманистических ценностей.

В советское время ленивый педагог, не желавший брать на себя ещё и воспитание учеников (хотя обязан был), мог сказать: «Читайте школьную программу по литературе – в этих произведениях есть всё, что необходимо», – и отчасти это было верно. Но литература в наше время лишилась главных функций: от учеников перестали требовать понимания прочитанного. Им не объясняют содержание и смысл, не требуют анализа и формулирования понятого. Раньше проверить, насколько ученик усвоил содержание произведения, можно было, задав ему написать сочинение, но его-то и отменили на долгое время.

Фото: reuters

Словом, очевидно, что значительно реформированная система образования требовала уже системной корректировки. И не случайно, что критика Ливанова и его методов стало тем единственным местом, на котором сходились не только все думские фракции, но даже и несистемная оппозиция.

Новый министр – новый подход

Ольга Васильева – профессиональный педагог с многолетним стажем, поэтому можно не опасаться, что она разрушит систему образования. Более того, её считают сторонником консервативного подхода, что при нынешнем положении дел отнюдь не кажется лишним. Некоторые нововведения частично завели образование не туда, и поэтому обозначенные самим новым министром приоритеты работы радуют:

Приоритетным для меня является учитель, потому что я считаю, что без учителя все остальное невозможно. Я сама педагог. Так вот, именно Учитель с большой буквы – это от него зависит наше с вами будущее, потому что сегодня дети, завтра – народ. Это приоритетно для меня. Второе – это осмысление всего того, что было сделано: взять лучшее, что можно было взять, и поступательно двигаться вперед. У нас прекрасный опыт не одного поколения и даже не одного столетия. Какое отношение светскость образования имеет к моему профессиональному направлению деятельности как историка, которой я занимаюсь больше 28 лет? Как историк я писала о взаимоотношениях государства и церкви в ХХ веке.Ольга Васильева

Таким образом, Ольга Васильева, в отличие от предыдущих министров, сразу бросавшихся в дело с жаждой реформирования, начнет работу с анализа реформ, проводившихся министерством все эти годы. А исходя из каких принципов будет проводиться анализ? Исходя из принципа, что образование и воспитание даёт педагог, и именно вокруг этого должна строиться система образования. «Главный приоритет – это учитель и педагог, это служение этой великой работе», – говорит она.

Можно только порадоваться таким установкам. Потому что никакие стандарты и методики не могут заменить живого профессионального педагога, который единственный в состоянии с пониманием и индивидуальным подходом отнестись к каждому ученику и его успехам и неудачам. Передача знаний – это работа, которая не может быть стандартизирована в процессе. Требовать можно лишь некоего общего уровня овладения предметом в итоге обучения – вот там более-менее уместны унифицирующие методики, которые обеспечивают одинаково строгий подход к проверке уровня знаний для всех учеников. Но в процессе обучения как раз необходимо обратное – отдельное отношение к каждому ученику.

Не говоря уже о том, что воспитание – это в принципе вещь, которая стандартизации не поддаётся. Здесь роль педагога стоит на исключительном месте и не может быть заменена. Учебников о том, как стать человеком порядочным, ответственным, отзывчивым и так далее, не придумано, и вряд ли они когда-нибудь появятся. Не случайно именно этот аспект выделил ректор Московского государственного гуманитарного университета имени Шолохова Владимир Нечаев:

Ольга Васильева – человек, который последние годы в целом занимался в администрации президента в том числе вопросами образования и воспитания. Мне кажется, акцент будет сделан помимо усилий, направленных на модернизацию образования и развитие новых технологий, больше именно уделять вопросам воспитания молодежи.Владимир Нечаев

Как раз эта часть школьного обучения осталась совершенно за бортом в эпоху Фурсенко и Ливанова. Над нашим образованием до сих пор тяжким бременем довлеет пресловутая догма Александра Фурсенко: «Недостатком советской системы образования была попытка формировать человека-творца, а сейчас задача заключается в том, чтобы взрастить квалифицированного потребителя». Воспитание вообще не попадает в эту систему как понятие. «Взрастить потребителя» – это не предусматривает никаких моральных установок, никакого личностного становления ученика и осознания его роли в обществе, обязанностей и долга перед другими людьми.

К счастью, новый министр, похоже, намерена вернуть школе уже почти утраченную функцию воспитания. Эту проблему она явно видит и вот что о ней говорит:

Я считаю, что мы допустили почти непоправимые ошибки, когда в 1990-е годы выкорчевывали такие понятия, как патриотизм, любовь к Отечеству, героизм. Сейчас мы уже пожинаем горькие плоды: молодые люди с большим трудом понимают, что каждый трагический эпизод в жизни страны должен вызывать отклик.Ольга Васильева

Примечательно, что такой настрой Ольги Васильевой вызывает жуткое негодование и отторжение у либерально-оппозиционно настроенной группы журналистов и активистов. Так, главный редактор «Эха Москвы» Алексей Венедиктов, один из флагманов такой группы, совершил более чем очевидный жест в адрес нового министра - он принял решение покинуть Общественный совет при Минобрнауки в связи с тем, что взгляды Ольги Васильевой на отношение к церкви и религии "не соответствуют его взглядам и Конституции России".

И такая негативная реакция не случайна. Основная идея неолиберализма – это максимально разобщённое и атомизированное общество. Идёт атака на все принципы, которые объединяют людей: на религию, патриотизм, семейные ценности, на долг перед Отечеством и уважение к профессии военного и много другое, что дорого и важно народу. Вот сайт Meduza ставит Васильевой в упрёк характерную фразу:

Сталин при всех недостатках – государственное благо, потому что накануне войны занялся единением нации, возродил героев дореволюционной России и занялся пропагандой русского языка и литературы, что по большому счету и позволило выиграть войну.Ольга Васильева

То есть любое сплочение людей вокруг общих идеалов, а тем более, если это идеалы патриотические, религиозные – в общем, как теперь это принято называть, «традиционные ценности» – это плохо. И очевидно, что оппозиционным либералам совсем не по нраву, что на должность министра образования приходит человек не только разделяющий такие ценности, но и глубоко уверенный, что дело школы – это не только учить, но и воспитывать детей, и в том числе прививать им те самые ценности, на которых веками держалась Россия.

При этом Ольге Васильевой никак нельзя приписать фанатизм: она сама говорит, что своей задачей ставит «извлечь лучший опыт, взять лучшее и двигаться вперед поступательно».

От нового министра образования и науки следует ждать не очередной шоковой реформы, а, скорее, работы над ошибками и восстановление некоторых важных функций школы, которые были утрачены. И уж точно никто не собирается отказываться от новых технологий образования, тем более, что технический прогресс, развитие информационных технологий предоставляют широкое поле для совершенствования процесса преподавания. Другое дело, что новое руководство, видимо, попробует обратить эти технологии на пользу человеку, как учителю, так и ученику, и наполнить их содержанием в виде духовно-нравственных ценностей. То есть превратить образование из системы предоставления интеллектуальных услуг клиентам в классическое просвещение.

Будем надеяться, что всё это новый министр сможет воплотить в жизнь.

0 комментариев
Войдите, чтобы оставить комментарий. Простая в два клика.
Пока никто не оставил комментариев к этой статье. Вы можете стать первым!